Новости
ЛЕВОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО БРАЗИЛИИ И БРАЗИЛЬСКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО
15.05.2019

Александр ВОЛЫНСКИЙ,

кандидат психологических наук

 

Достижения Бразилии за период правления (2003-2016) Партии трудящихся Бразилии (порт. Partido dos Trabalhadores) или ПТ, – настолько интересны, хотя и противоречивы, что заслуживают того, чтобы о них писать и изучать, анализируя, чего могут достигнуть левые во власти. А также, какие ошибки их этой власти лишают. Что мы и попытаемся сделать, насколько это позволит формат небольшой статьи. Начнем с того, что успех стал возможен благодаря тому, что политика ПТ сумела эффективно преодолеть противодействие трех главных сил, мешающих делать социальные преобразования в Латинской Америке. Эти три силы, по меткой формулировке украинского аналитика Дениса Пилаша, -  «три кита, на которых держалась реакционная политика в регионе, — местная  олигархия, транснациональные корпорации и стоявшие за ними международные финансовые институты и США»[1].

 

    Обойти такие могучие препятствия удалось разными путями – путем компромиссов, социального лавирования, социальных реформ по принципу «чтоб и волки были сыты, и овцы целы», а также путем отказа от штурма твердынь капитализма, - их попросту обходили и оставляли за собой. Последняя тактика имеет свои преимущества и недостатки: преимущество в том, что территория завоевывается быстро и бескровно, и недостаток в том, что победа временна -  противник остается в своих крепостях целым и может нанести удар в спину.      

    Несколько слов о партии трудящихся Бразилии. Партия трудящихся была основана в 1980 году как коалиция рабочих профсоюзов и левых интеллектуалов из университетских кругов, а также безземельных крестьян, экологических и других социальных движений, сторонников теологии освобождения, троцкистских и других марксистских групп. Её организаторами были будущий знаменитый социалистический президент Бразилии Лула Да Силва, национальный герой эколог Шику Мендес и др.

Достижения левого правительства. За 12 с небольшим лет правления Партии трудящихся Бразилии национальный доход страны вырос в 5 раз, количество бедняков уменьшилось на 30 млн. человек или 60%, «родина диких обезьян» и слезливых сериалов вышла на шестое место в мире по объему ВВП и стала космической державой.

  Значительный экономический и социальный сдвиг в Бразилии произошел благодаря продуманной политике выдвиженца ПТ президента Лулы Да Силвы и его команды. Лула, как ласково называли его избиратели, был рабочим лидером, имевшим 4 класса образования, но прошедшим суровые жизненные университеты.

Ключевыми пунктами его социально-экономической стратегии стали социальные выплаты беднейшим слоям населения с целью борьбы с нищетой и поддержки покупательского спроса, широкое привлечение международных инвестиций, кредитование национального производителя, развитие наукоемких и высокотехнологичных секторов экономики. Кроме того, правительство Лула Да Силвы сделало ставку на мелких и средних предпринимателей. Они получили лёгкий доступ к кредитам и снижение налогов. В Бразилии, славившейся рекордным расслоением населения, начал зарождаться средний класс.  Доходы беднейших бразильцев за несколько лет увеличились на 50 процентов, а доходы местной бизнес-элиты — всего на 12%. Эксперты уже подсчитали, что такими темпами через 30 лет Бразилия по уровню жизни догнала бы США.

Развитие промышленности и сферы услуг стимулировалось развитием мелкого и среднего предпринимательства и ростом доходов населения. Рост доходов, в свою очередь, был связан с ростом социальных выплат населению. Если прежнее правительство в духе экономического неолиберализма активно сокращало социальные расходы, то Лула Да Силва, напротив, их резко увеличил. Правительство Лулы разработало целый комплекс социальных программ, главная из которых — т. н. «Семейный пакет» (Bolsа Família), благодаря которой 12 млн. беднейших бразильских семей стали получать небольшие ежемесячные выплаты при условии, чтобы их дети регулярно посещали школу и получали необходимые медицинские прививки.

      От финансовой поддержки беднейших слоев ожидался не только социальный эффект, но и экономический: должен был сработать кейнсианский механизм оживления экономики - рост покупательной способности населения стимулирует производство потребительских товаров и, тем самым, вызовет рост производящего сектора экономики. И это ожидание в общих чертах    оправдалось.В 2003-2011 годы личное потребление стало драйвером экономического роста в Бразилии[2]. В сочетании с сильным государственным сектором стимулирование спроса за счет социальных выплат дало положительный экономический результат. Стимулирование спроса развивало легкую промышленность, сферу услуг и сельскохозяйственное производство. Сильный госсектор (наследие предшествующих правительств, включая военные диктатуры[3]) помогал развивать тяжелую и наукоемкую промышленность за счет того, что позволял аккумулировать и концентрировать в руках государства инвестиционный капитал и бросать его на развитие намеченных стратегических отраслей экономики, таких, как наукоемкие производства, самолетостроение, космическая отрасль, биотехнологии, химия,полупроводники и программное  обеспечение, производство медикаментов, освоение и глубокая переработка природных ресурсов и т.п. В этой связи надо заметить, что бразильским левым повезло, они имели хорошую стартовую площадку: страна располагала сильным госсектором, что позволяло, как мы уже писали, левому правительству и без национализации частного крупного капитала аккумулировать и направлять значительные средства на госпрограммы по борьбе с бедностью, модернизацию промышленности и т.п.

Недопущение скатывания экономики к сырьевому типу стало приоритетом развития. Госсектор помогал развивать как раз те отрасли, которые не могут развиваться за счет легкой промышленности и «быстрых денег» от потребительского сектора, но требуют долговременных инвестиций. В сочетании с инвестиционным бумом, вызванным притоком иностранных капиталов (его привлечение – немалая личная заслуга Лула Да Силвы, достаточно сказать, что за первые 2 года президентства он совершил около 500 зарубежных поездок) все эти меры принесли ожидаемый эффект.

В результате бразильцы стали больше покупать. Причем, многие вполне доступные нам вещи они позволили себе впервые: стиральные машины. холодильники, билеты на самолёт.

К концу первого десятилетия XXI в. в Бразилии за счет местного производства теперь стало обеспечиваться 90% внутреннего спроса на промышленные товары, в том числе более 80% – на машины и оборудование. Из высокотехнологичных отраслей стремительно выросло авиастроение. Госкомпания Embraer стала третьим в мире производителем авиатехники, уступая лишь концернам Boeing и Airbus. Бразилия стремительными темпами развивала IT-сферу, и на 2018 г. являлась пятым по величине рынком информационно-коммуникационных технологий в мире: более 1,5 млн человек вовлечено в данную сферу, а на территории страны находится более 40 крупнейших технологических центров.

Основу экспорта Бразилии составили транспортное оборудование, среднемагистральные самолеты, грузовики и автобусы, биоэтанол, продовольствие — сахар, мясо, масло, соки, кофе, соя. Причем, это продукты, произведенные уже по высоким технологиям. На фоне постоянного подорожания продовольствия эксперты предрекают, что в XXI веке это будет один из самых перспективных рынков. И Бразилия уже стала на нем одним из главных игроков.

К концу второго срока своего правления в 2010 г. деятельность Лулы на посту президента оценили положительно или очень положительно 87% (!) опрошенных бразильцев. Лула, пожалуй, поставил рейтинговый рекорд для всех президентов и правительств в 21 в.![4]

Перемницей Лула Да Силвы на посту президента стала его выдвиженка Дилма Русефф, ранее управлявшая государственной нефтегазовой корпорацией Petrobras, и одержавшая на выборах 2010 г. победу (во многом благодаря авторитету Лулы). Она была Президентом Бразилии дважды за период с 1 января 2011 по 31 августа 2016 года[5].

С 2010 г. Бразилия начала готовится к проведению в Рио-де-Жанейро летней Олимпиады 2016 г. Страна находилась на невиданном подъеме. В 2013 г. правительство объявило новую программу освоения нефтегазоносных прибрежных шельфов, что обещало сделать страну одним из крупнейших поставщиков нефти и газа в мире и влить новые крупные инвестиции в социальные программы и программы научно-технологического развития. И вдруг как гром среди ясного неба: в СМИ развернулся громкий коррупционный скандал, в котором Дилма и Лула были обвинены в коррупции и нецелевой растрате государственных средств. По стране прокатилась волна многотысячных протестов против политики Дилмы Русефф. Политический кризис, в конце концов, привел к ее импичменту в августе 2016 г. Что же произошло и что пошло не так в стране в период ее наивысшего взлета? Чьи интересы стояли за поражением бразильских левых? Какие фатальные ошибки были ими допущены? Рассмотрим причины их успехов и неудач.

Секреты успехов Партии трудящихся Бразилии.

- Союз профсоюзного левого движения с интеллектуалами. Партию создавали рабочие и университетские преподаватели. Это придало движению мощную интеллектуально-аналитическую окраску, позволило вырабатывать эффективную стратегию социальных изменений. Достаточно сказать, что в ее   разработке активное участие принял всемирно известный левый социальный теоретик, профессор Гарварда Роберто Унгер. В 2007—2009 гг. Роберто Унгер занимал пост Министра стратегического планирования Бразилии в администрации Президента Лулы.

- Союз политической надстройки и социального базиса. Существенной особенностью ПТ была опора партии на боевые профсоюзы. Политическая партия трудящихся Бразилии функционировала как политическая надстройка профсоюзного движения, будучи неразрывно связанной с ним как со своим социальным базисом и опорой. Рабочие профсоюзы формировались в условиях жесткой борьбы в период военной диктатуры в стране, и эти условия выдвинули к руководству наиболее боевых, активных и закаленных активистов. Ведущие лидеры партии и будущие бразильские президенты Лула да Силва и Дилма Русефф сидели при военной диктатуре в тюрьме. Дилма Вана Русефф была дочерью болгарского коммуниста Петра Русева, бежавшего в 1929 г. из Болгарии, спасаясь от репрессий. Она начинала свою политическую биографию в рядах подпольной лево-террористической организации «Команда национального освобождения», боровшейся с диктатурой, и два года отсидела в тюрьме, подвергаясь пыткам электрошоком. Выйдя из заключения, Дилма Русефф поняла, что за справедливость нужно сражаться не оружием, а головой, и постаралась получить хорошее экономическое образование, что впоследствии на пути от городской партизанки до президента ей пригодилось. Пригодились и такие черты ее тюремной закалки, как воля и несгибаемость, за что тюремщики ее называли «Жанной Д’арк».

     Связь со своим базисом - живым профсоюзным движением - не дала руководству ПТ Бразилии предать интересы трудящихся после прихода к власти, как это часто случалось во многих, в том числе постсоветких, странах, где левые силы приходили к власти, и отрывались от поддержавших их масс.

Если использовать метафору Антонио Грамши о том, что социально-экономический базис – это скелет общества, а надстройка – это его мясо и кожа, то политическое движение без связи со своим социальным базисом становится как бы бескостным. Оно рискует превратиться в красивую, но пустую внешнюю оболочку без внутреннего наполнения, подобно многим «левым» партиям на постсоветском пространстве.   

Подмена живого рабочего и народного движения мертвящим бюрократическим профсоюзным чиновничеством неизбежно ведет к подмене интересов масс интересами партийной и профсоюзной аристократии, конвертирующей на рынке буржуазных политических услуг свое руководящее положение в рабочем движении на конкретные личные блага и бонусы.  А нужно бы, чтобы рабочие лидеры, не отказываясь, в случае необходимости, от тактических компромиссов с правящими классами, не теряли при этом из виду главную цель – защиту интересов «базиса» - трудящихся. 

Лула как рабочий лидер вышел именно из «антибюрократической» ветви рабочего движения Бразилии, из «подлинных» синдикалистских профсоюзов, ведших настоящую борьбу за права рабочих. И это наложило отпечаток на весь дух его правления, особенно в начальный период.

- Особый психологичсекий дух рабочего движения Бразилии и его лидеров. Длительное противостояние с государством в условиях военной диктатуры закалило рабочих лидеров и лишило их любых патерналистких иллюзий и остатков патерналистской покорности и инфантилизма, столь свойственных рабочему движению постсоветских стран. Инфантильный дух послушания и безинициативности был «вбит» в подсознание трудящихся масс на постсоветском пространстве еще репрессиями большевистско-сталинской бюрократии, оставивших глубокую травму в их коллективном подсознании. В этой психологии проявляются детские черты застрявания сознания людей на «родительской инстанции», только место «папочки» занимает государство, всяческие другие центры контроля, боссы корпораций.

 Подобные инфантильные черты «прислужнической политической культуры» (есть такое понятие в политической психологии) были «вытравлены» из бразильского рабочего движения годами борьбы, что и сделало его вождей лидерами, не боящимися брать ответственность на себя, и «не слушаться папу», кем бы он ни был.

Самостоятельность и готовность не уступать попыткам системного внешнего   контроля, - это то, чего так не хватает политическому классу постсоветских государств. Но вот у бразильских левых лидеров эти черты присутствовали. Что и помогало им вырабатывать самостоятельную стратегию реформ, направленную, в значительной мере, на интересы своей страны, а не интересы внешних геополитических игроков.

- Компромиссность и договороспособность бразильских левых. Правда, психологическому облику левых лидеров Бразилии была присуща еще одна особенность – компромиссность, - черта, надо заметить, традиционно свойственная бразильской политической культуре. Как можно полагать, исходя из некоторых сведений, эта особенность помогала левым лидерам из ПТ договариваться с очень влиятельными мировыми политическими игроками – Уолл-Стритом и транснациональными финансовыми кругами, что способствовало как приходу левых из ПТ к власти, так и успеху их реформ. Такие влиятельные международные экономические и политические игроки им на первых порах не мешали, а даже помогали, вливая инвестиции в бразильскую экономику, и делая это, конечно, не бескорыстно. Бразильские левые лидеры, как можно предположить, брали на себя перед этими авторитетными организациями определенные обязательства, например, выплатить громадный внешний долг Бразилии (составлявший 300 млрд долл.), не заходить в своих социальных реформах и обещаниях слишком далеко, за «красные флажки» основ капитализма, и т.п. 

     В подтверждение этой мысли можем указать, что, когда Лула Да Силва был, наконец, избран на пост Президента в первый раз, в его предвыборной программе уже не присутствовало требование отказаться от выплаты бразильского внешнего долга, тогда как во время трех предыдущих предвыборных кампаний оно фигурировало как одно из главных. Да и другие радикальные пункты из его программы исчезли или были смягчены. О рабочем контроле на фабриках, о передаче земли тем, кто ее обрабатывает, о национализации промышленности речь уже не шла.

   Насколько серьезно Лула отнесся к договоренностям, говорит тот факт, что он, придя к власти, даже не решился произвести ренационализацию и вернуть в руки государства, приватизированные предыдущим правительством госпредприятия, переданные в частные руки в рамках неолиберальной политики приватизации всего и вся. Видимо, «красные флажки» не позволяли этого сделать. Он только остановил приватизационный процесс. Хотя именно на сильный госсектор правительство ПТ во многом и опиралось, производя свои реформы. Но и этого оставшегося ресурса госпредприятий для начала социальных реформ хватило, таким значительным был задел бразильской индустриализации.

К картине обязательств президента можем добавить, что Лула Да Силва сразу после своего первого  избрания назначил на пост директора Центрального банка Бразилии ставленника Уолл-Стрит Энрике ди Кампуса Мереллеса, бывшего президента и генерального директора американского банка "Бостон Флит"[6]. Другому ставленнику Уолл-Стрит Касиу Кашебу Лиме, бывшему топ-менеджеру крупнейшего банка США "Ситигруп", было даровано руководство государственным "Банку ду Бразил". Действующий при администрации ПТ министр финансов Бразилии Жоаким Леви учился в Чикаго, в 90-е гг. занимал ряд должностей в МВФ, а также был вице-президентом в Межамериканском банке развития. Перед своим назначение министром был главой подразделения Bradesco, второго по величине частного банка Бразилии, проводившего операции американских банков J.P.Morgan, Fleming Asset Management, American Express и HSBC в Бразилии. Именно он был за спиной у Русефф в момент принятия мер жесткой экономии.[7]

Таким образом, главные рычаги финансово-экономического управления Бразилии были переданы в руки Уолл-Стрит и основных американских кредиторов страны[8]. Очевидно, Лула это сделал в качестве гарантии соблюдения договоренностей с Уолл-Стритом и мировым истеблишментом.  Ничем иным эти загадочные назначения объяснить невозможно.

 Но взамен новое левое правительство могло делать в экономике то, что считало нужным (в рамках, разумеется, обозначенных «красных флажков»). И засучив рукав, левые взялись за работу. И у них получилось, результаты нам известны.

Но эта же черта – договороспособность – породила растерянность и бессилие левого правительства, когда его, - после выполнения им своих гласных и негласных международных и внутренних обязательств и таких очевидных успехов, – стали сбрасывать с властных высот те самые игроки, договоренности с которыми они добросовестно выполняли.

Причины поражения ПТ и его уроки.

    Выплата внешнего долга. Конкуренция между США и Бразилией.   Бразильские углеводороды. Китайский фактор.  Бразилия становилась заманчивой альтернативной моделью развития для стран Третьего мира. Недоучли психологию «среднего класса». Предали забвению функцию социально-экономического целеполагания.

Выплата внешнего долга. Внешний долг Бразилии в момент прихода Лулы Да Силвы к власти составлял, как мы уже отмечали, 300 млрд долларов.  Покрывался он новыми кредитами, в результате получался замкнутый круг[9]. Чтобы из него вырваться, Лула, уже став президентом, решил шантажировать США: либо Бразилия будет препятствовать созданию свободной экономической зоны (FTAA) в Западном полушарии, либо США будут более благосклонны к товарам из Бразилии: речь шла, главным образом, об апельсинах, сахаре и стали. В итоге, при Луле отношения между США и Бразилией стали динамично развиваться. Америка стала на первом этапе реформ крупнейшим импортером бразильских товаров и главным иностранным инвестором в Бразилии (позже ее в этой роли сменил Китай). Её вложения в первые годы правления ПТ составляли 30 миллиардов долларов, а всего они в 2003-2016 г. составили 85,3 млрд долл. Бразильский экспорт в США оценивался на уровне 15 миллиардов долларов в год, в 2016 г. товарооборот составил 46 млрд долл. США[10].

Лула также покрывал долг за счёт экспорта экологически чистого топлива этанола, входившего в моду во всем мире, который производится в Бразилии из сахарного тростника.  Бразилия первая освоила его массовое производство и заняла ведущее место в мире по его экспорту.  Достаточно сказать, что если в сезоне 2002-2003 Бразилия произвела из сахарного тростника 11,1 млрд литров этанола, тов 2006 году в Бразилии было произведено 16, 977 млрд литров.Страна располагает мощностями, позволяющими ежегодно производить  до 20 млрд л горючего[11]. (Производство этанола позволяет Бразилии также сбалансировать сахарную отрасль, покрывая им колебания спроса на сахар на международном рынке[12]). Усилия правительства Лула да Силвы позволили выплатить большую часть гигантского внешнего долга Бразилии. Тем самым Лула способствовал росту прибылей США и транснациональных корпораций, и сделал ощутимые вливания крови в организм международной финансовой системы. В этой функции экономического донора все эти почтенные организации его и терпели, несмотря на его социалистическую риторику и социальные реформы, потому что его деятельность на том этапе была им выгодна. Джордж Буш-младший после встречи с Лулой сказал даже, что бразильский президент – его «друг и партнёр», и это несмотря на то, что он открыто выступил против развязанной Бушем войны в Ираке.

Конечно, было бы лучше, если бы эти многие миллиарды долларов влились в экономику Бразилии в виде капиталовложений и социальных выплат трудящимся. Но правительство Лулы честно выполняло договоренности с США и транснацинальными финансовыми структурами, надеясь, по-видимому, таким компромиссом обеспечить свободное и беспрепятственное развитие своей страны

Дальше Лула и его команда оказались не нужны транснациональным игрокам, более того – стали вызывать опасение, ибо тот самый бурный экономический рост, за счет которого был выплачен бразильский внешний долг, обеспечивал столь выдающийся социально-экономический прогресс страны, что Бразилия в непродолжительное время могла стать (да уже и становилась) серьезным конкурентом США в экономическом и политическом отношении. Чего стоит конкуренция государственной бразильской авиакомпании с американскими  корпорациями Боинг и Локхид[13].                                                                                                    Ремарка по поводу конкуренции между США и Бразилией. Как полагают эксперты, две крупнейших экономики двух Америк словно были созданы для того, чтобы бесконечно искать баланс между сотрудничеством и конкуренцией[14]. При всем обилии противоречий отметим две основные линии противостояния. Прежде всего, остро стоит проблема борьбы за влияние на латиноамериканском пространстве в целом. Бразилия видит себя выразителем интересов региона и готова это право отстаивать. Вторая большая проблема заключается в нежелании США видеть в Бразилии серьезного партнера. Высокомерие и пренебрежение слишком отчетливо просматриваются в отношении Вашингтона к южноамериканскому гиганту, что вызывает в Бразилии растущее раздражение[15].

 Бразилия становилась заманчивой альтернативной моделью развития для стран Третьего мира. Как мы уже отмечали, при таких темпах развития, которые Бразилия набрала при правлении ПТ, страна была способна в течение 20-30 лет достигнуть уровня США и даже превзойти его, став могущественным экономическим и политическим конкурентом Америки. Ее модель социально-экономического развития с акцентом на национальные и социальные интересы и приоритеты представляла собой эффективную альтернативу модели беззащитной зависимой полуколониальной экономики развивающихся стран Третьего мира, являющихся легкой добычей и объектом эксплуатации более сильных развитых стран и транснациональных структур. Под носом у США не без помощи американских кредитов и финансовых вливаний набирает силу огромная самодостаточная процветающая страна со своими космической, авиационной, ядерной, IT и иными высокотехнологичными отраслями, бурно развивающаяся, не желающая подчиняться внешней опеке, с правительством, имеющим поддержку широких народных масс. Да к тому же это правительство вынашивает амбициозные планы создания собственных международных финансово-кредитных структур, кредитующих на выгодных условиях развитие стран Латинской Америки, и  составляющих альтернативу МВФ, ФРС и Мировому Банку, ставя тем самым  под угрозу работу этих проверенных  инструментов международной финансовой власти. (В свое время такие же планы вынашивал покойный Каддафи, но для Африки…). Как им, этим почтенным и уважаемым организациям, можно было спокойно смотреть на такой вызов?!

Бразильские углеводороды. Последней каплей, переполнившей терпение транснациональных игроков, по-видимому, был отказ Дилмы Русефф, ставшей президентом после Лулы, допустить их к разработке и эксплуатации огромных запасов нефти и газа, открытых на прибрежных шельфах Бразилии. Запасы только разведанные шельфовых месторождений составили кругленькую цифру - 70 млрд баррелей нефти, правда, залегавших на глубине три километра под двухкилометровой морской толщей.Страна освоила технологии глубоководного бурения, разведки и эксплуатации на океанском шельфе, что позволяло свести к минимуму энергодефицит в экономике и избавиться от нефтяной зависимости.

 Ведущие мировые нефтяные гиганты, такие как Chevron, Total и BP (Бритиш Петролиум), готовившиеся осваивать богатства бразильских шельфов, получили от ворот поворот. Бразильским правительством и парламентом по инициативе президента Дилмы Русефф был принят «Закон о регулировании», гласивший, что разработка шельфа будет прерогативой государственной бразильской нефтедобывающей компании Петробрасс (РВ). Согласно закону, нефть и газ должны поступить в собственность бразильского народа, и 75% роялти от их добычи пойти на инвестиции в развитие образования, медицины, науки и технологий[16]. Это был закон, по духу на 100% социалистический. ПТ, наконец, показала свои социалистические «зубы».

Китайский фактор. Под разаработку шельфа Бразилия заключила с Китаем крупное кредитное соглашение. Государственный Китайский банк развития предоставил ей $10 млрд, и предусмотрел возможность погашения кредита поставками нефти. Причем, в отличие от западных компаний, стремящихся непременно получить крупную долю в разрабатываемых месторождениях, китайская сторона не выдвигала дополнительных обременительных условий. В целом, как отмечал журнал Foreign Policy, это было не столько коммерческой сделкой, сколько способом укрепить политический альянс между "развивающимися странами, проводящими политику экономического развития под руководством государства".

Вообще-то говоря, при правительстве ПТ роль Китая в бразильской экономике выросла до громадных размеров. Если в 2000 году Китай занимал 12-е место среди импортеров бразильских товаров, то с 2009 года – первое. С 2009 года Китай остается крупнейшим торговым партнером Бразилии с долей в 21% во внешнеэкономическом товарообороте Бразилии и объемом двусторонней торговли в 75 миллиардов долларов за 2017 г. Китай — крупнейший покупатель бразильских товаров, таких как железо и соевые бобы.

Кроме того, за последние полтора десятилетия Бразилия получила почти 125 миллиардов долларов прямых инвестиций из Китая[17], в то время как из США в полтора раза меньше – 85 млрд. долл.

Таким образом, Китай стал могучим экономическим конкурентом США в Бразилии, что стало еще одной причиной, по которой Бразилия и ПТ стали ускользать из обьятий финансовых кругов США. ПТ попыталось, по выражению Ричарда Лахманна, нейтрализовать воздействие США воздействием Китая[18]. И не случайно также, что недавно избранный ультраправый президент страны Болсонару стал с первых же шагов ссорится с Китаем. Нетрудно разобраться, в чьих интересах.

 Одним словом, по вопросу о шельфах Бразилия недвусмысленно дала понять, что выходит из-под контроля Уолл-Стрит. Этот шаг, судя по всему, был воспринят международными финансистами как черная неблагодарность.

 И тут началось!В СМИ развернулся громкий скандал, в котором Русефф  и Лула да Силва были обвинены в коррупции. По стране прокатилась волна многотысячных протестов против политики Партии трудящихся, в которой приняли участие представители среднего класса, появившегося в стране именно благодаря реформам правительства Партии трудящихся…

   Не учли психологии «среднего класса» и упустили его. Средние слои, поднявшиеся и укрепившиеся в эпоху правления ПТ, удалось обратить против левого правительства, из-за того, что оно  не учло их психологию. Зато СМИ и политтехнологи, развернувшие компанию шельмования ПТ и Дилмы Русефф, прекрасно ее учли и использовали в своих целях. «Четвертая власть» способствовала свержению левого правительства с помощью серии уличных выступлений, возглавляемых представителями «среднего класса». По этому поводу бывший левый президент Эквадора в 2007-2017г.  Рафаэль Корреа отметил: «Парламентский переворот при помощи СМИ в Бразилии – это сценарий, который применяется по всей Латинской Америке»[19].

Со стороны лидеров ПТ имело место недопонимание психологии среднего класса. Политика ПТ своим острием была направлена на наиболее «благодарный» для электоральной работы слой - незащищенные беднейшие слои, составлявшие большую часть населения страны.  Лула все время как мантру повторял: «Я буду счастлив, если каждый бразилец в результате нашей политики сможет есть три раза в день». И это действительно было во многом достигнуто к концу его правления. Но у человека, для которого поиски еды перестали быть проблемой, просыпаются новые потребности, помимо материальных: потребность в человеческом достоинстве, в участии, в социальной справедливости и т.п. Этого левые политики из ПТ не учли, они по старой памяти полагали, что сытость для вечно полуголодных масс Бразилии – это потолок их мечтаний и притязаний, и за это благо они благословят любой шаг левых.   

 И враги бразильских левых ловко воспользовались этим их недопониманием психологии народа. Для чего нашли удобный повод. Преемница Лулы Дилма Русефф тратила многие миллиарды бюджетных средств на организацию престижных для страны чемпионата мира по футболу в 2014г. и летних Олимпийских игр в 2016 г. И столкнулась с гневными стотысячными демонстрациями, выступавшими под лозунгами «Больницы и школы вместо стадионов!», «Долой коррупцию!». И действительно, целесообразность таких затрат правительства Дилмы на престижные проекты на фоне пускай и накормленных, но отнюдь не процветающих бразильских масс выглядела, мягко говоря, не очень убедительно. Да и схемы громадных строительных подрядов, раздаваемых правительством под эти проекты, для ощутивших прилив человеческого достоинство миллионов выглядели также сомнительно. А если добавить мощную информационную кампанию с шельмованием Лулы и Дилмы как чуть ли не главных коррупционеров в бразильской истории, развернутую «олигополией банков и СМИ[20]» и строившуюся на недоказанных в суде обвинениях, то картина эксплуатации  праведного гнева масс в интересах крупного капитала с целью устранения левых сил от власти будет полной.  (И в чем-то знакомой нам, жителям Украины).  

  Бразильские события говорят о том, что рабочему и левому движению следует добиваться альянса со «средним классом», мелкой буржуазией с тем, чтобы эти слои не попали под влияние социально-политических манипуляций крупной буржуазии. Да и опыт «классических левых» говорит о том же. Большевики в Росии никогда не добились бы победы в революции, если бы не опирались на союз с крестьянством, «средним классом» той эпохи.

Принципиальность «не вовремя». Дилма Русефф проявила принципиальность, отказавшись передать нефтегазоносный шельф транснациональным корпорациям. И это был патриотичный шаг, что и говорить. Но, возможно, недостаточно обдуманный. Может быть, Дилме Русефф нужно было согласиться и передать им шельфы в разработку, дабы «не нарываться»? А потом, став сильнее, отстаивать более равноправные условия партнерства? (Такова, вспомним, была тактика Советской России с концессиями западному капиталу в начале 20-х г.г. 20 в. Ленин называл концессии «нашим налогом мировому капиталу, чтобы он нас оставил в покое и не трогал»).

Недооценка идеологической и социально- психологической составляющей работы с массами. Как нам кажется, бразильские левые допустили еще один промах: не вели массовой социально-психологической и пропагандистской работы с массами, видимо, понадеявшись, что успехи реформ и улучшения в условиях жизни народа скажут сами за себя. В то время как их противники через СМИ и социальные сети такую работу развернули, и даже сумели настроить против ПТ широкие средние слои.

  Левые понадеялись на механизмы буржуазной демократии, механизмы традиционной социальной легитимности и легальности. И эта надежда их подвела. Они как порядочные игроки стремились играть по принятым официальным обществом правилам, добросовестно передвигая шахматные фигуры и соблюдая спортивный регламент, а им, образно выражаясь, запустили шахматной доской в голову.

Была забыта функция социального целеполагания. Левые в Бразилии, возможно, ослепленные собственными тактическим успехами, упустили стратегическое целеполагание и отодвинули социалистические сверхзадачи. Хотя нужный экономический и социальный эффект в рамках традиционной капиталистической экономики был достигнут, но, по-видимому, не надо было на этом успокаиваться, но, используя полученные ресурсы, идти дальше. Как показал бразильский и мировой опыт, без радикальных социальных преобразований общие социальные и экономические успехи, достигнутые левым правительством в рамках капиталистической системы, не могли быть даже закреплены. Нужно было идти дальше не только из идейных соображений, но и по прагматическим мотивам, чтобы сохранить и приумножить достигнутое.

     Левые в Бразилии «наработали» внушительные ресурсы, которыми за последние 30 лет, пожалуй, не располагало ни одно левое правительство на планете, пришедшее к власти демократическим путем.

    Но оставалась взрывоопасная проблема бедности и поляризации общества на бедных и богатых, хотя и не столь острая, как в прежние годы, но острее воспринимавшаяся массами, у которых пробудилось человеческое достоинство; оставались бразильские олигархические элиты, которым не нравились те социальные реформы, которые осуществляли левые; оставалась зависимость от транснациональных политических субъектов, осуществлявших контроль за финансовыми институтами и многими «независимыми» СМИ Бразилии. При помощи финансовых игроков-инвесторов, зашедших в страну во время финансового бума, были сплетены разветвленные теневые социальные сети, призванные представлять общественное мнение, операторы которых не всегда разделяли идеи социальной справедливости и национального возрождения, исповедуемые ПТ, скорее наоборот. 

На наработанных ресурсах левым силам Бразилии, видимо, пора было переходить к следующему этапу более радикальных социальных преобразований, выходящих за рамки традиционного капитализма, без которых, повторимся, общие социальные и экономические успехи, достигнутые ПТ в рамках традиционной системы, не могли быть даже закреплены. Что и показали события. Парадоксально звучит, но, чтобы развивать в современных условиях капиталистическое общество, необходимо выходить за его рамки. Бразилия этому яркий пример, на наш взгляд.

Для этого бразильской левой Партии трудящихся нужно было решиться выйти за горизонт капиталистической системы и традиционных форм легитимности.

Левые и транснациональный капитал. Следует принять во внимание, что современный мировой финансовый истеблишмент вряд ли даст левым победить, если левые играют на его поле и по его правилам.

Мировая финансовая элита под контролем и неусыпным оком «наблюдателей» из Уолл-Стрит и МВФ позволила наиболее договороспособным и дееспособным бразильским левым из ПТ осуществить ряд осторожных, не выходящих за рамки капитализма, но оказавшихся эффективными реформ. При этом она, надо признать, также весьма способствовала их успеху, вложив в экономику страны значительные финансовые инвестиции; после чего терпеливо подождала, пока вложенное вернется с немалой прибылью. Бразильские левые из ПТ, фактически, больше сделали для транснациональных финансовых структур, чем для бразильских масс, отдавая финансистам через каналы выплаты внешнего долга значительную часть доходов, полученных от бразильского экономического бума, и лишь некоторую часть, оставшуюся после этого, «подкидывали» трудящимся массам в виде социальных выплат и инвестиций в отечественную экономику.

    ПТ старалась усидеть на двух стульях, одновременно пытаясь угодить и своей электоральной базе – бедным слоям трудящихся, и международному финансовому капиталу. До определённого предела это у них получалось. Но когда они попытались освободиться от внешней зависимости, с ними произошло то, что произошло. Современные левые приходят к власти, имея двойную легитимность – со стороны народных масс и со стороны могущественных международных финансовых центров, которых они сумеют заинтересовать.

 Как только международные игроки потеряли интерес к бразильскому «эксперименту», на бразильских левых выпустили «всех собак» бразильской олигархии и ее слуг – олигополию местных «независимых» СМИ и банков. Бразильская олигархия, ослепленная ненавистью к «красным», не поняла, что ПТ своими умеренными, но и в таком виде ненавистными для них реформами, смягчала вопиющее социальное неравенство, чем фактически продлевала их доминирующее положение, отводя от них лаву народного гнева, готовую однажды прорваться и смести их на своем пути.  В своей жадности они не смогли этого понять и оценить.   

    Лидеры ПТ, не предвидели такого «удара в спину», видимо, понадеявшись, что им удастся вписаться в мировой истеблишмент, в глобалистский тренд, и сделать еще многое для своей страны и народа.  Да не тут-то было.

Эпилог. Ныне Бразилия погрязла в трясине экономического кризиса и самой глубокой экономической рецессии в ее истории. С 6-й позиции рейтинга лучших экономик мира, которую она занимала в 2016 г., она за три года  отброшена на 12-ю. Недавно (28 октября 2018 г.)  избран новый президент Жаир Болсонару, ультраправый политик, сексист, расист, гомофоб, ностальгирующий по временам военной диктатуры и правого террора. Страну лихорадит от беспорядков, вызванных неолиберальной пенсионной реформой. Лула Да Силва, несмотря на все свои заслуги перед страной, в свои 73 года сидит в тюрьме, осужденный на 12 лет! Бразильское экономическое чудо закрыто. Но… «Но чей-то конец – это чье-то начало!», поется в известной песне. Поэтому не будем посыпать голову пеплом, а постараемся проанализировать полученные уроки и сделать из них выводы. Возможно, они кому-то пригодятся.  

К слову, созданные за время «бразильского чуда» производственные и промышленно-индустриальные кластеры ведь никуда не подевались. Их не попилили на металлолом как в Украине и России, превратив эти страны - индустриальные гиганты в сырьевые зависимые придатки, не развеяли промышленные и научные кадры по ветру, отправив инженеров и ученых торговать на уличные базары или в трудовую эмиграцию. Бразилия отнюдь не утратила возможности развиваться дальше по пути социального и экономического прогресса. Думается, что со временем это замечательное дело будет продолжено новой волной левых сил.  



[1]Денис Пилаш. Выборы в Эквадоре и будущее Латинской Америки // Спільне. 11 квітня 2017. Интернет-ресурс. Взято из: https://commons.com.ua/uk/vybory-v-ekvadore/#downlink13.  

 

[2]См.: Бразилия: на пути выхода из социально-экономического кризиса. Под ред. Леонида Григорьева // Бюллетень о текущих тенденциях мировой экономики. (Аналитический центр при правительстве РФ). - №29, февраль 2018. С. 4.

[3]Почти все правительства Бразилии в 30-е-80-е г.г. 20 в. проводили политику т.н.  десаррольизма — региональная разновидность экономической модернизации с упором на индустриализацию, чему, как не удивительно, не помешали идеологические разногласия и острая борьба между демократически избранными гражданскими правительствами и авторитарными правыми военными режимами.

 

[4]Близко подбирался к такому рейтингу разве что еще один тоже левый и тоже латиноамериканский президент Рафаэль Корреа, дважды избиравшийся на пост президента Эквадора в 2007-2017г. При нем, к слову сказать, Эквадор, самая «банановая» из всех «банановых» латиноамериканских республик, стал космическим государством, запустив собственный спутник.

[5]Отстранена от власти путём импичмента 31 августа 2016 года.

 

[6]См.: Мишель Чосудовский.  Бразилия: Лула и «неолиберализм с человеческим лицом». Интернет-ресурс. Взято из: http://saint-juste.narod.ru/lula.htm  

[7] АмарилисДемартини, Каими де Са (Центр исследований многополярности, Бразилия). Репетиция государственного переворота в Бразилии. Взято из: https://www.geopolitica.ru/article/repeticiya-gosudarstvennogo-perevorota-v-brazilii

[8]Американские банки "Бостон Флит" и "Ситигруп" были на тот момент крупнейшими кредиторами Бразилии. "Бостон Флит" был седьмым по значимости банком в Соединенных Штатах.Насколько известно, этот банк был замешан в сомнительных финансовых операциях, которые способствовалипадению аргентинского песо и аргентинскому дефолту.  "Бостон Флит" заработал при этом 4.5 млрд долл. (Там же: Мишель Чосудовский…).

[9]По характеристике аналитика Дениса Пилаша, кредиты МВФ «на деле превращаются в «порочный круг долга»: чтобы оплатить предыдущие займы, занимаются новые, а сопутствующие обязательства «жесткой экономии», урезаний и всеобщей приватизации из пакетов «структурных реформ» вгоняют страны в еще большую яму». (Денис Пилаш. Выборы в Эквадоре и будущее Латинской Америки // Спільне. 11 квітня 2017. Взято из: https://commons.com.ua/uk/vybory-v-ekvadore/#downlink13).

[10]См.: Бразилия / Статья в Википедии / Экономика Бразилии.

[11]В этой связи заметим, что такую же роль главного производителя этанола в Восточном полушарии, как Бразилия в Западном, теоретически могла занять и Украина, имевшая для этого все предпосылки. Если бы в Украине применялось стратегическое индикативное планирование как в Бразилии.Наша страна, как известно, в 80-е годы 20 в. накануне получения Независимости являлась самым большим производителем сахара в мире. Тогда она располагала 192 сахарными заводами, теперь у нее осталось 36 (данные 2017 г.). Это только одна из утраченных возможностей страны. Потеря потенциальных перспектив развития под влиянием сиюминутной экономической конъюнктуры, - такие последствия несет утрата государством и обществом функции стратегического целеполагания, передача экономики на произвол слепой стихии дикого рынка. Рыночный подход, как представляется, хорош на микроэкономическом уровне, стимулируя деятельность и отбор самых эффективных малых и средних предприятий с «быстрой» прибылью. На уровне стратегических отраслей и капиталоемких и высокотехнологических производств, не дающих быструю отдачу, и требующих долгих и системных вложений труда и капитала, он, как показал отечественный опыт, играет скорее разрушительную роль.

[12]В Украине периода Независимости большая часть сахарной отрасли была отправлена на металлолом под предлогом падения спроса на сахар.

[13]В этой связи нельзя не упомянуть еще один яркий пример последствий, к которым ведет потеря государством функции стратегического целеполагания. Мы имеем в виду историю с киевским авиазаводом-гигантом им. Антонова и произведенным на нем в 1988 г. самым большим и самым грузоподъёмным самолетом в мире А-255 «Мрия». «Мрия» имеет рекордную грузоподъёмность 250 т, и, как известно, до сих пор превосходит по своим параметрам западные аналоги, являясь обладателем 250 мировых рекордов. Единственная оставшаяся «Мрия» летает уже 30 лет, и выполняет на международных линиях заказы, которые ни один другой самолет в мире выполнить не в состоянии. В 2016 г. она прославилась на весь мир тем, что перевезла в Чили рекордный груз - изготовленную в Бразилии (!) электротурбину весом 155 т. Сейчас завод Антонова передан в военное ведомство и переведен на производство… дронов. «Мрия» на нем давно не изготовляется. В лучшем случае несколько малолитражных спортивных самолетиков в год для Индии. Судьба знаменитой «Мрии» и авиазавода чем-то похожа на судьбу «украинской мечты». Увы…

[14]См.: Бразилия / Статья в Википедии / Экономика Бразилии.

[15]Там же.

[16]См.: Видеоинтервью Лулы Да Силвы «Два срока (один тюремный)  для президента» в передаче «Разговор с Корреа». Интернет-ресурс. Адрес входа: https://yandex.ua/video /search?p= 2&filmId = 1357593368749826781&tex t=обвинения%20Лулы%20Де%20Сильвы% 20Бразилия&noreask=1&path=wizard.  Ведущий телепередачи - Рафаэль Корреа – бывший президент Эквадора в 2007-2017г., также весьма успешный и также придерживающийся левых взглядов.

 

[17]См.: Бразилия: на пути выхода из социально-экономического кризиса. Под ред. Леонида Григорьева // Бюллетень о текущих тенденциях мировой экономики. (Аналитический центр при правительстве РФ). - №29, февраль 2018. С. 9-10.

[18]Международный аналитик Ричард Лахманн писал о связи китайского фактора с перспективами левых сил  в Латинской Америке: «Стратегия использования Китая в качестве заслона против доминирования США и посягательства Всемирного банка и МВФ принесла лишь частичный успех…День, когда Китай сделается настолько сильным, а США настолько слабыми, что латиноамериканские правительства обретут возможность нейтрализовать одну великую державу другой, настанет ещё не скоро… А пока он не наступил, нам вряд ли доведётся увидеть в Латинской Америке новое торжество левых сил» (Ричард Лахманн. Почему в Латинской Америке побеждают правые? Интернет-ресурс. Адрес входа: u.valdaiclub.com/a/highlights/pochemu-v-latinskoy-amerike/).

[19]См.: Видеоинтервью Лулы Да Силвы Рафаэлю Корреа «Два срока (один тюремный)  для президента» в передаче «Разговор с Корреа». Интернет-ресурс. Адрес входа: https://yandex.ua/video/search?p= 2&filmId = 1357593368749826781&text =обвинения%20Лулы%20Де%20Сильвы% 20Бразилия&noreask=1&path=wizard

[20]По характеристике, данной самой Дилмой Русефф смычке финансового капитала с «независимой» прессой в Бразилии.

 

Последние новости
13.06.2019
Статья заместителя председателя партии СОЦИАЛИСТЫ, профессора, доктора экономических наук, Заслуженного экономиста Украины, ведущего научного сотрудника сектора международных финансовых исследований ГУ "Институт экономики и прогнозирования НАН Украины" Алексея ПЛОТНИКОВА   Читайте статью в журнале «Экономика Украины», май 2019, С.41-47
06.06.2019
6 июня 2019 года в Киеве состоялся внеочередной Съезд Политической Партии СОЦИАЛИСТЫ под председательством лидера партии Леонида КОЖАРЫ. По результатам работы Съезда делегаты приняли решение об участии Политической Партии СОЦИАЛИСТЫ во внеочередных выборах народных депутатов Украины 21 июля 2019 года.
21.05.2019
Открытое письмо Политической партии СОЦИАЛИСТЫ к Президенту Украины относительно несоответствия Закона Украины «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного» от 25.04.2019 г. Конституции Украины и международно-правовым обязательствам Украины перед европейскими институтами    Президенту Украины В.А.ЗЕЛЕНСКОМУ   Уважаемый господин Президент!   ...
17.05.2019
Поздравляем всех членов и сторонников партии СОЦИАЛИСТЫ с Днем Европы.   В Украине многие политики говорят о европейских ценностях, но, к сожалению, не все хотят их соблюдать. Мы считаем, что декларации о европейской интеграции не имеют никакой ценности, если они ...
16.05.2019
16-17 мая 2019 года в НАН Беларуси в Минске проходит форум «Сотрудничество в Восточной Европе в контексте региональных вызовов и угроз».   Выступая с приветственным словом от украинской делегации на открытии форума, лидер партии СОЦИАЛИСТЫ Леонид КОЖАРА рассказал о политической ...
10.05.2019
Корреспондент, 10 мая 2019 Конфликт на Донбассе уже стал испытанием на прочность нового президента Украины. Пять лет бесконечной войны доказали: политика старой команды зашла в тупик. Нужны новые подходы… Читать дальше
09.05.2019
Уважаемые друзья! От всего сердца поздравляю вас с Днем Победы!   Все дальше в историю уходят грозные и страшные годы Великой Отечественной войны. Наш с вами общий и святой долг - помнить о величественном подвиге наших предков, ценой миллионов жизней ...
07.05.2019
С 3 по 6 мая в Хельсинки проходил Финский социальный форум, организованный финским общественным движением «Корпус мира».   5 мая в рамках форума состоялась конференция на тему: «Украина – препятствия на пути к миру и кризис на Донбассе». Лидер партии ...
07.05.2019
3 мая в Хельсинки в штаб-квартире Социал-Демократической партии Финляндии состоялась встреча председателя партии СОЦИАЛИСТЫ Леонида КОЖАРЫ с международным секретарем Социал-Демократической партии Финляндии Тэро ШЕМЕЙККА.   Политики обсудили ситуацию на левом фланге в Украине и в Европе, а также договорились о ...
30.04.2019
Уважаемые друзья! Дорогие товарищи!   Сердечно поздравляю вас с праздником Первого мая - Днем Труда и Международной солидарности трудящихся.   Первое мая - единственный праздник, который украинский народ отмечает уже более ста лет подряд, независимо от политического режима.   Несколько ...